Авторизация

Поиск по сайту

Счётчик

01116772
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
177
428
2319
897517
8826
20909

Лось и ... "липа" И.А. Довгучиц.

Охота на лося

На территории современной европейской части лось был широко распространен до начала XIX в., о чем свидетельствуют исторические документы. В период существования Киевской Руси и Великого княжества Литовского лоси обитали в большом количестве в литовских и белорусских лесах, однако их численность уже заметно уменьшилась. За отстрел в чужом лесу лося по Литовскому Статуту, относящемуся к 1588 г., взимался штраф «6 рублев грошей», а в окрестностях казенных лесов запрещалось содержать охотничьих собак, «ховать ружницы» (ружья). Наказание за браконьерство было предусмотрено законом: «За убийство всякого крупного зверя, к которым причислялась и коза, назначалась смертная казнь; крестьяне не должны были охотиться на них даже в тех случаях, когда они забегали на их землю» (Карцев, 1903). Однако в связи с увеличением плотности населения и со значительной вырубкой лесных массивов его поголовье во второй половине XVIII в. все же резко сократилось. Но благодаря принятым мерам численность удалось не только восстановить, но и значительно увеличить.


И уже во второй половине XIX в. численность лосей только в Беловежской пуще достигла более 700 голов. Тем не менее на остальной части Белоруссии она была нестабильной и довольно пульсирующей, а поэтому к началу XX в. во многих типичных для вида местах лося было мало. Об этом свидетельствуют данные многих исследователей и таких известных, как А. Федюшин, И. Зеленский, П. Бобровский, Г.  Карцов, П. Семенов и др.

И все же наибольшему прессу со стороны человека лось подвергся в начале XX в., когда свое негативное влияние оказали на его численность Октябрьская революция и гражданская война. Поэтому на 1.09.1927 г. в Белоруссии было всего лишь около 150 лосей. Однако благодаря принятым мерам и за счет Березинского заповедника к 1936 г. в Белоруссии уже насчитывалось около 380 лосей (И.Н. Сержанин, 1950). Но Великая Отечественная война снова внесла свои негативные коррективы, и только в Березинском заповеднике его численность сократилась в 4-5 раз по отношению к 1936 г. (220 голов). В последующий период (1946-1952) в результате вырубки лесов на хозяйственные нужды после военного периода значительно увеличилась кормовая база для лося, а поэтому он уже в 1952 г. встречался во всех областях республики. Его охране и воспроизводству со стороны партийных и советских органов уделялось большое внимание, а поэтому росту численности не могли препятствовать ни хищники, ни браконьеры, тем более браконьерство в те годы не имело массового характера, особенно из-за отсутствия личного транспорта и нарезного оружия.

Всего на территории Белоруссии в 1952 г. было yже 600-800 лосей, и рост численности продолжался и возможно, не столько за счет годичного прироста, сколько за счет иммиграции из соседних Псковской и Смоленской областей, а также Прибалтики, где плотность местных популяций была уже довольно высокой и составляла в некоторых лесничествах 7,5 гол. (Эстония) и 9,2 гол. (Псковская обл.) на 1000 га характерных угодий, представляющих в основном зимние пастбища. При такой плотности на одного лося приходится менее 20 га кормовых угодий, что приводит к истощению кормовых запасов и нарушению балансов между лосем и кормовой базой, неспособной восстанавливаться в течение года. Недостаток кормов служит толчком для поиска свободной экологической ниши. Кроме того, наносится и немалый ущерб лесному хозяйству, особенно сосновым культурам и подросту сосны 5—15-летнего возраста. А так как численность прогрессировала, то требовались меры ее сдерживания. Но основным и главным условием было знание численности лося на всей территории республики. Поскольку специальные учеты охотпользователями не проводились, то использовались данные относительной численности, составляющими которых были опросные сведения. И только в марте 1964 г. управление лесного хозяйства Витебской области организовало проведение учета численности и плотности лосей на площади 883000 га лесных угодий. В результате было учтено 2 150 лосей.

Экстраполируя эти данные на всю пригодную площадь, была определена численность лосей по области в 3 514 голов. К этому времени стало  поступать много сигналов из местных органов лесного хозяйства о причиняемом вреде, лосями лесному хозяйству, особенно при их высокой плотности на территории многих лесничеств. Это и послужило поводом начала промыслового отстрела с ноября 1964 г. Лицензии выдавались Госкомитетом Совета Министров БССР по охране природы через свои областные структуры сроком на 2 месяца, то есть с 1 ноября по 31 декабря, но не позже чем за 20 дней до окончания срока охоты и не раньше чем за 10 дней до начала отстрела. Как правило, отстрелу подлежали в основном самые крупные животные, поскольку оплата производилась из расчета веса сданного мяса. Охраной же воспроизводственной продуктивности стада никто не интересовался и никого это не беспокоило. Такая система эксплуатации популяции вида при ее длительном продолжении приводит к омоложению и снижению воспроизводственной продуктивности, а следовательно, и плотности на единицу площади (1000 га) угодий.

Тем не менее в Белоруссии такая система оплаты продолжалась до 1977 г., в результате чего в значительной степени был  снижен воспроизводственный потенциал, что отрицательно отразилось и на ежегодном хозяйственном приросте. Более того, процент изъятия из года в год увеличивался, а по половозрастным структурам, к сожалению, и вообще не координировался. И если в 1977 г. он составлял 8,6%, то в 1981 г. — уже 10,8%. Тем не менее еще во многих охотхозяйствах и районах плотность лося на 1 000 га сохранялась довольно высокой. Особенно это прояснилось, когда начали проводиться охот устроительные работы специализированными охот устроительными партиями Белорусского лесоустроительного предприятия с 1968 г. в охотхозяйствах (лесоохотничьи хозяйства) и БООР (Белорусское общество охотников и рыболовов), где одним из основных элементов работы был зимний учет охотфауны. Учеты проводились только при наличии снежного покрова в январе-марте различными методами, в том числе и с использованием малой авиации. Так, в Бабиновичском охотхозяйстве Витебской области (БООР), на площади 40.2 тыс. га лесных угодий в феврале 1974 г. было учтено 535 лося при плотности 11-14 гол/1000 га, в Юрковичском охотхозяйстве Логойского района (БООР) в феврале-марте 1973 г. на прогонных площадках и с использованием авиации было учтено 164 лося при плотности 6,6 гол./1000 га, в Осиповичском охотхозяйстве в январе 1970 г. было учтено 124 лося при плотности 4,73 гол./1000 га. Но наибольшая плотность была в 1973 г. в Залесском лесничестве Сморгонского лесхоза, которая составила 15 гол./1000 га.

Если ограничиться только данными, приведенными выше по плотности лося в различных охотхозяйствах республики с 1970 по 1980 гг. (в расчет же принять минимальную плотность 4,0 гол./1000 га), то можно утверждать, что еще в тот период в республике насчитывалось не менее 30 тыс. лосей. Однако внесенная корректировка в оплату бригадам охотников в 1977 г. уже не от веса, а от головы была довольно запоздалой, тем более что процент отстрела от численности не снижался, а сама численность представлялась довольно субъективной. В результате в большинстве случаев ежегодный отстрел уже намного превышал годичный прирост, то есть изъятие проводилось во многом за счет воспроизводственного поголовья, а поэтому тенденция шла не к росту численности, а к её снижению. К тому же в размножении уже участвовали молодые, менее плодовитые самки. За счет этого стал снижаться и средний вес добытых животных. А чтобы это не отражалось на общем объеме необходимого планового вала, нужно было увеличивать количество планируемых к изъятию животных. Если сравнить средний убойный вес лося по Минской области в 1966 г., то соответственно — 163 кг и 136 кг. В 1981 г. он снизился на 27 кг, то есть изымались уже молодые животные, а процент изъятия также не снижался.

Очень негативное влияние на динамику численности лося оказало и закрепление угодий за охотколлективами в границах охотдач. Если первоначально для отстрела лосей по району утверждалась одна бригада одного охотпользователя, то при закреплении охотугодий за охотколлективами бригад могло быть столько, сколько в районе охотдач. Как мне признался один бывший бригадир такой промысловой бригады, они допускали перед Новым годом такую погрешность, когда отстреливали ежегодно к празднику на бригаду одного внепланового лося. Но когда стало много бригад, то, мягко говоря, было и значительно больше погрешностей. Тем паче что лицензия была действительна в течение 2 месяцев. При сборе сведений в период охотхозяйственного проектирования поступала информация и еще более негативного характера. И этому нельзя было не верить, особенно по достоверности данных о численности лося, которая завышалась иногда в несколько раз, и от нее же планировалось охотпользователями изъятие животных.

Характерным примером может послужить Любанское охотничье-рыболовное хозяйство БООР, когда в 1995 г. и 1996 г. лесхоз и районная инспекция Минприроды обратились в Белгослес с заявкой провести независимые контрольные учеты на территории этого хозяйства. В результате проведенных учетов с участием работников ОРХ сомнения этих организаций подтвердились. Выяснилось, что численность лося завышалась в 3-4 раза. Также был проведен контроль самих учетчиков в Логойском ОРХ по прошествии 2 дней после представленных ими данных и заполненных бланков маршрутных учетов, где были отмечены пересечения следов животных и пройденный километраж. Но стоило указанные маршруты пересечь перпендикулярно, как выяснилось, что никто по этим маршрутам не ходил и ни на одном из них не проложена лыжня. И таких примеров можно приводить десятки. Все это лишь потому, что конкретно никто не занимался контролем проводимых видов работ. Все покрывала так называемая «статотчетностъ».

И то, что численность лося в республике катастрофически падала, ни для кого не было секретом уже в середине 80-х годов прошлого века, хотя никаких причин, кроме нерационального использования  запасов его численности, не было. По данным С. Кононова (ПРБ, № 7, 2004 г.), в Пуховичском охотхозяйстве с 1976 по 200З гг. численность лося снизилась в 3.7 раза на бывшей территории Юровичского охотхозяйства Калинковичского района с 1978г. по 2003г. - в 5.8 раза. А в целом по Беларуси с 1973г. по 2003г. численность этого вида сократилась примерно в 4 раза и сегодня находится где-то на уровне 8 тыс. особей.

В то же время многие охотхозяйства различных охотпользователей (особенно БООР и Минлесхоз) имели проекты охотустройства, но беда в том, что эти проекты составлялись... профессионалами. А вот настоящих профессионалов со стороны заказчиков, увы, не было. Хотя, что весьма странно, и вакантных должностей почему-то тоже не было. Как правило, их заполняли далеко не компетентными людьми. Кроме того, никогда ни по одному из проектов охотустройства не проводился авторский надзор или защите проекта, как это делается, к примеру, в лесоустройство. А поэтому анализ выполненных заказчиком мероприятий проводился только при очередном туре охотустройства, а это происходит крайне редко — раз в 10 лет.

И когда я встречаю в печати статьи различных авторов о каких-то биологических закономерностях, влияющих на динамику численности лося в Беларуси, то для себя делаю вывод совершенно иной: нет никаких серьезных аргументов в пользу этих самых «закономерностей», но есть аргументы всем очевидные — нерациональное использование лосиного стада, отсутствие достоверных данных о его численности и ежегодном хозяйственном приросте, неудовлетворительная охрана со всеми наполняющими эти аргументы компонентами. Это подтверждалось и расчетами при бонитировке угодий по этому виду и определении оптимально-хозяйственной плотности и численности в «Сводном прогнозе развития охотничьего хозяйства в Беларусии составленном в 1984-1985 гг. И то, что кормовые ресурсы лося остаются в республике далеко не использованными, говорит о том, что численность лосей не соответствует бонитету угодий. Кроме, разумеется, отдельных хозяйств, в том числе частных. Еще в 60-70-х годах прошлого века Госкомитет по охране природы при Совете Министров БССР через свои областные структуры лишал права аренды охотпользователей, если арендатор не выполнял или нарушал договор об аренде. Имея прекрасные природно-климатические условия в республике, пора бы и нашим руководителям этой отрасли использовать ресурсы более эффективно и рационально. Хорошо бы изучить и перенять положительный опыт у других европейских стран, где продуктивность лесных угодий такова, что 1 га дает 1 кг мяса. И это при том, что 10 га сельхозугодий также дает 1 кг мяса. Но для этого нужно как минимум решить кадровые вопросы и только потом все остальные.


{linkr:related;keywords:%C3%90%C2%BE%C3%91%C2%85%C3%90%C2%BE%C3%91%C2%82%C3%90%C2%B0;limit:8;title:%C3%90%C2%9F%C3%90%C2%BE%C3%91%C2%85%C3%90%C2%BE%C3%90%C2%B6%C3%90%C2%B8%C3%90%C2%B5+%C3%90%C2%BC%C3%90%C2%B0%C3%91%C2%82%C3%90%C2%B5%C3%91%C2%80%C3%90%C2%B8%C3%90%C2%B0%C3%90%C2%BB%C3%91%C2%8B}

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить